Нил Ньюбон, актёр, подаривший голос и мимику обаятельному вампиру Астариону в Baldur’s Gate 3, высказался о генеративном ИИ максимально прямо — без дипломатии и реверансов.
В интервью PCGamesN Нил Ньюбон заявил: «Fuck AI in performance» и пояснил, что не видит ни творческого, ни этического оправдания замене живых актёров на нейросети.
«Вы забираете у людей работу»
По словам Ньюбона, главная проблема генеративного ИИ в озвучке не только в качестве, но и в том, как он влияет на профессию актёров. Он подчёркивает, что большинство голосовых актёров живут далеко не как голливудские звёзды — это люди, которые годами балансируют между разными проектами и не могут позволить себе, чтобы их роль тихо заменили синтезатором речи.
Ньюбон жёстко формулирует позицию: если студия изначально не записывает реплики с актёром, а просто берёт его голос, обучает на нём ИИ и потом генерирует любые фразы, это прямое лишение человека гонорара и возможности обеспечивать себя и свою семью. Аргумент «мы не могли себе позволить студию и актёрскую смену» он считает очень слабым — особенно когда игра уже заработала миллионы.
Отсюда и главный посыл: если проект, в котором использовались ИИ‑голоса, стал финансово успешным, разработчикам стоит вернуться к этим репликам, пригласить живых актёров и перезаписать озвучку уже «по‑человечески». Это и качество поднимет, и станет нормальным жестом по отношению к тем, чьи голоса и образы использовали на старте.
ИИ‑голоса «звучат скучно и мёртво»
Отдельный блок критики Ньюбона адресован самому звучанию генеративного ИИ. Он называет такие голоса «скучными», «долбанно унылыми» и подчёркивает, что даже самые продвинутые модели всё ещё не попадают в ту самую живую эмоцию — страх, истерику, восторг, отчаяние в бою. Игрок это чувствует на уровне инстинкта: голос вроде бы похож на человеческий, но что‑то не так, и начинается тот самый «эффект зловещей долины».
Ньюбон считает ключевой разницей то, что настоящая актёрская игра — это прежде всего опыт и память самого человека. Тот же Астарион цепляет не только текстом, но и тем, как голос ломается в ключевые моменты, как меняется дыхание и темп речи. Машина может имитировать форму, но не проживает эмоцию, и именно поэтому, по мнению актёра, ИИ не способен заменить живых исполнителей в по‑настоящему важных ролях.
Контекст: пик использования ИИ и давление на индустрию
Речь Ньюбона прозвучала не в вакууме. В 2025 году генеративный ИИ плотно влез в игровую индустрию: от текстов и ассетов до озвучки. В статье PCGamesN вспоминают, как Call of Duty: Black Ops 7 критиковали за использование ИИ, Krafton заявляла о курсе «AI‑first», а один из новых проектов по серии Postal успел засветиться с генеративным ИИ и был отменён всего через 48 часов после анонса.
Параллельно глава Epic Games Тим Суини уверяет, что ИИ «будет задействован практически во всей будущей разработке», а вокруг Arc Raiders разгорелась отдельная дискуссия: в игре используются голоса text‑to‑speech, обученные на реальных актёрах, и это поднимает вопросы не только о стиле, но и о том, как именно оформляются права и гонорары.
Сам Ньюбон в эти конкретные кейсы не влезает, но подчёркивает: для него принципиально важно отделять вспомогательные ИИ‑инструменты в продакшене от попытки подменить ими живую актёрскую работу.
Pixel Pack, забастовки и солидарность актёров
Позиция Ньюбона не возникла «с нуля»: в разгар видеоигровой ветки забастовки SAG‑AFTRA он помог собрать инициативную группу Pixel Pack — объединение известных актёров озвучки, куда вошли, среди прочих, Трой Бейкер, Мэтт Мерсер, часть актёров Baldur’s Gate 3 и обладательница The Game Awards 2025 Дженнифер Илиш. Цель — коллективно отстаивать вопросы оплаты, прав на голос и ограничений на использование ИИ‑клонов.
На фоне всё более агрессивного давления ИИ на креативные профессии, такие объединения — один из немногих реальных инструментов, с помощью которых актёры могут влиять на условия контрактов и публичную дискуссию. Ньюбон с этой позиции говорит не только за себя и Астариона, но и за сотни менее заметных голосов, чья работа легко оказывается невидимой, пока её не заменяет синтезатор.
Почему предложение Ньюбона звучит разумно — и почему его вряд ли услышат
Ключевая мысль, с которой Нил обращается к студиям, заработавшим на ИИ‑озвучке: если релиз уже принёс «кучу денег», имеет смысл часть этих средств направить на то, чтобы вернуться к игре и перезаписать реплики с живыми актёрами. Это одновременно:
- поднимет качество озвучки и эмоций в сценах;
- даст актёрам работу и деньги вместо одноразового «клонирования» голоса;
- станет сильным жестом доброй воли для сообщества, которое всё громче выступает против генеративного ИИ в творческих ролях.
С точки зрения игроков и актёров идея звучит логично и даже красиво: уже заработали — поделитесь, сделайте продукт лучше, покажите, что относитесь к людям не как к временным «донорским голосам». Скептический же взгляд упирается в очевидное: компании, которые изначально выбрали ИИ ради экономии, вряд ли массово побегут тратить деньги на «исправление» того, что уже работает и продаётся.
Но громкая позиция актёров вроде Нила Ньюбона всё равно важна. Она задаёт стандарт, о котором придётся вспоминать каждый раз, когда очередная студия решит сэкономить на живых голосах ради строк в отчёте. И чем больше игроков будут поддерживать такой подход рублём и вниманием, тем сложнее будет игнорировать вопрос: где проходит граница между удобным инструментом и прямой подменой живого человека нейросетью — особенно в играх, которые именно за человечность и любят.
